dburtsev (dburtsev) wrote,
dburtsev
dburtsev

Categories:

СиП про роль Англии в начале Первой Мировой войны

4 августа 1914 года. Британия вступила в Первую мировую войну

После выстрелов в Сараево, ставших смертельными для эрцгерцога Франца-Фердинанда, в Европе начался политический кризис. Хотя о возможности войны еще не говорили, было понятно, что случилось очередное обострение отношений между Австрией и Сербией. Это в свою очередь прямо задевало интересы России, которая считалась покровительницей Сербии и всех славянских народов. Любой удар по Сербии был одновременно и ударом по России. На кону стоял престиж империи на Балканах и перспективы объединения славянских народов под властью русского царя.

Германия в свою очередь прекрасно понимала, что в случае военного конфликта с Россией у Австро-Венгрии нет никаких шансов, а ее армия будет быстро разгромлена. Поэтому Берлин был крайне заинтересован в том, чтобы конфликт из локального превратился в общеевропейский. Но в этом случае альянс Центральных держав оказывался между двух огней. На стороне России в войну неизбежно вступала Франция. Это Германия еще рассчитывала как-то пережить, но вот вмешательство в войну Великобритании полностью меняло военную картину и преимущество союзников, особенно на морях, становилось фактом. Так что Германия была крайне заинтересована в том, чтобы Лондон остался в стороне.

В то же время политика Англии отличалась крайней туманностью и непоследовательностью. Вряд ли кто-то сделал для разжигания Первой мировой войны больше англичан. Если бы Лондон с самого начала конфликта занял решительную позицию, обозначив, что будет поддерживать Францию и Россию, то войны бы просто не было. Кайзер Вильгельм II крайне опасался сражаться против столь серьезного альянса. Но Лондон не давал четких ответов и пытался получить от мирового кризиса максимальные выгоды, не поступившись свободой действий.
Английский дипломат Айра Кроу (кстати, сторонник войны с Германией), прямо заявлял: «Фундаментальным фактом является то, что Антанта вообще не считается военным союзом. Можно даже сказать, что она не имеет никакого содержания. Антанта – это мировоззрение. Общий взгляд на мировую политику, который разделяют подписавшие документ державы». О таких настроениях в британских правящих кругах были хорошо осведомлены в Берлине.

6 июля министр иностранных дел Великобритании Эдуард Грей заявил немецкому послу в Лондоне, что Англия не имеет никаких договоренностей с Россией. Когда через три дня немецкий посол вновь запросил аудиенцию, Грей сказал, что королевское правительство не имеет перед Францией и Россией никаких союзных обязательств. Формально это было именно так. Договоры Великобритании с Францией и Россией были написаны так, что там не было никаких обязательств по вмешательству в войну против двух союзных держав. Великобритания на протяжении целого столетия сохраняла политику «блестящей изоляции» и считала ее основой своего могущества. Объяснить британскому обществу, почему англичанам надо умирать за интересы французов и русских было очень тяжелой задачей.

Благодаря такой политике в Берлине пришли к выводу, что Лондон не станет вмешиваться и, следовательно, можно смело обострять конфликт. Австрийцы же совсем не хотели воевать. Правящие круги вполне объективно оценивали положение дел и понимали, что страна нестабильна, разделена национальными конфликтами и, скорее всего, не переживет большой войны. Но Берлин упорно подталкивал Вену к силовому решению. На это ушел почти целый месяц с момента убийства в Сараево. Кайзер Вильгельм II заверил Австрию, что Германия обязательно поддержит ее в любом военном конфликте. Тогда венское правительство выдвинуло Сербии ультиматум.

Незадолго до этого австрийский посол в Лондоне попытался обсудить содержание ноты с министром Греем. Но тот уклонился от разговора, заявив, что не видит смысла говорить о том, что не касается Англии. Такая позиция стала еще одним доводом в пользу предполагаемого невмешательства Великобритании. Самое интересно то, что Англия могла повернуть в любую сторону: или вмешаться в конфликт, или оставить его без последствий. А в Берлине правящие круги просто внушили себе выгодную для них мысль, что Лондон останется в стороне.

После ультиматума шансы на мирное решение проблемы резко уменьшились. Сербское правительство приняло все условия Габсбургов, кроме участия австрийцев в расследовании. Оговорив, что этот отказ связан с требованиями Конституции Сербии и данные о работе следствия будут передаваться в Вену. При желании не доводить дело до войны, австрийское правительство должно было удовлетвориться достигнутым результатом. Сербия унижена, а Австро-Венгрия продемонстрировала свою мощь.

Австрия, подталкиваемая Германией, заявила, что ее не удовлетворяет сербский ответ и объявила о начале мобилизации. Германские военные торопили австрийцев. Они надеялись, что если те смогут быстро нанести удар, то другие страны просто не успеют отреагировать и будут поставлены перед свершившимся фактом. В надежде, что Австрия отступит, Россия заверила Сербию в защите, но мобилизацию не начала, чтобы продемонстрировать готовность к переговорам. 26 июля король Великобритании Георг V заявил, что Англия приложит все усилия, чтобы сохранить нейтралитет. На следующий день поступил приказ кораблям флота не выходить в море и оставаться на базах. Это означало готовность к войне. Сложно не поражаться двуличию британской политики, которая сознательно толкала Германию к конфликту с Россией.

28 июля Австро-Венгрия объявила войну Сербии. Россия на следующий день начала мобилизацию. В то время как австрийские войска наступали на Белград, кайзер Вильгельм II говорил о мире, предлагая начать обсуждение конфликта на международной конференции и возлагая принятие решения на русского императора. При этом Германия всячески поддерживала Австрию, которая осмелела до того, что отклонила очередное предложения о переговорах, заявив, что поздно разговаривать, когда уже началась война.

29 июля Эдвард Грей сообщил, что если конфликт Германии и Австрии коснется только Сербии и России, то Великобритания не вмешается в него. Одновременно он поддержал военные меры против Сербии и признал оккупацию допустимой мерой. На следующий день Георг V телеграфировал Вильгельму II, что приложит все усилия для мира, если Австрия ограничится оккупацией Сербии, хотя было понятно, что Россия никогда не пойдет на это.

В полной уверенности, что Англия не вступит в войну, Германия 1 августа 1914 года объявила войну Российской империи. В этот же день Грей сообщил в Берлин, что Великобритания сохранит нейтралитет, если Германия ограничится войной с Россией. Кайзер принял условия, но вечером 1 августа король Георг V телеграфировал, что произошла досадная ошибка. Разъяренный Вильгельм II объявил войну Франции.

Даже в этот момент Лондон выдвинул условием невмешательства сохранение нейтралитета Бельгии, но не дождавшись ответа из Берлина, 4 августа 1914 года вступил в Первую мировую войну.
https://t.me/czartv/1514
Tags: Англия, война, история, политика
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments