dburtsev (dburtsev) wrote,
dburtsev
dburtsev

Categories:

СМИ в США на примере «Нью-Йорк Таймс»

Бари Вайс: «Почему я ушла из «Нью-Йорк Таймс» (Le Point, Франция)
«Пуэн»: Не каждый день журналист уходит из «Нью-Йорк Таймс». Почему вы приняли такое решение?

Бари Вайс: Нужно вернуться на несколько лет назад. Я больше четырех лет работала в колонке «Мнения» газеты «Уолл-стрит Джорнэл». Я была несколько в стороне от всех, потому что придерживалась самых левых взглядов среди коллег. Я была резко против Трампа... Но если в «Уолл-стрит Джорнэл» я была прогрессистской, то в «Нью-Йорк Таймс» превратилась в консерватора. Я была к этому готова. Некоторые коллеги не разговаривали со мной, но это было терпимо, плата за возможность работать в самой влиятельной в мире газете...
— Атмосфера стала слишком враждебной, была какая-то мелочная злоба, как в школьном дворе. Со временем стало все труднее писать и заказывать статьи, которые интересовали меня: думаю, что некоторые материалы, которые я написала после по приходу в газету в 2017 году, сейчас уже не получилось бы опубликовать...
Более того, атмосфера стала настолько напряженной, что мой новый начальник открыто потребовал от меня больше не заказывать аналитические статьи. Для публикации сторонних материалов было введено правило «тревожного звонка»: если кто-то из коллег считал статью оскорбительной, он мог затребовать отказа от ее выхода. И если меня наняли для того, чтобы я представляла точку зрения, которая отличается от редакционной политики, все это выглядело совершенно бессмысленным.

Я могла остаться и работать с безобидными темами или уйти, чтобы писать то, что я считаю правильным. Я решила уйти.

— Почему в одной из лучших газет мира произошли такие изменения?

— Отчасти из-за текущей экономической модели прессы, которая подталкивает к тому, чтобы давать читателю то, что он хочет. Все подчинились этому. При старой модели было страшно разозлить рекламодателей. При новой боятся разозлить аудиторию. Подавляющее большинство читателей «Нью-Йорк Таймс» считают себя прогрессистами и демократами. Каждый кто хочет, чтобы его статьи читали, знает, что добьется успеха, если будет льстить читателям и толпе пользователей. Любые истории или мнения, которые идут вразрез с ожидаемой риторикой, делают работу журналиста намного более рискованной: он должен быть уверен в себе и выбранной теме, убедить себя, что игра стоит свеч. Если он хочет сохранить работу, если у него есть ипотека и дети, он не станет заниматься подобным. И раз правила быстро меняются, он занимается самоцензурой не только для настоящего, но и для будущего. Он размышляет о том, не создадут ли его слова проблем через пять недель, через пять лет. У нас пока еще не существует экономической модели, которая подтолкнула бы журналистов к тому, чтобы выбрать честное представление событий, а не зависеть от аудитории.

— Но разве «Нью-Йорк Таймс» не всегда была левой газетой?

— Разумеется. Тем не менее есть разница между прогрессистской предвзятостью и отказом — во имя предположительно прогрессистских ценностей — от основополагающих принципов журналистики, таких как свобода слова и плюрализм. Вчера молодые люди, которые занимались «культурными» или «гендерными» исследованиями, оставляли позади свои политические взгляды, когда вступали в организацию — «Нью-Йорк Таймс», McKinsey, JP Morgan, Конгресс — поскольку ценности организаций формировали людей. Сегодня все наоборот. Хорошая новость в том, что идеи имеют значение. Плохая в том, что, если вы варитесь в этом — будь то постмодернизм, неомарксизм или политика идентичности — во время учебы, вы приносите эти идеи в организации и меняете их в этом направлении. То, что я рассказываю о «Нью-Йорк Таймс», касается не только этой газеты. Это лишь один из многих пример, идущей в наших организациях революции...

— Политкорректность не обязательно является самым прибыльным вариантом для организаций.

— Думаю, что у этой идеологии впереди еще большое будущее. И кто знает, что она разрушит на своем пути? Меня приводит в отчаяние то, что для борьбы с ней нужно лишь, чтобы ответственные за защиту наших ценностей люди отказались идти на компромисс. Но на это способны лишь очень немногие! Более того, самые интересные личности уходят из газет и вузов, чтобы работать на себя или выпускать подкасты, например, как Сэм Харрис или Брет Вайнштейн. Это означает, что эти организации больше не поощряют свободу мысли. Мне также тайно пишет огромное множество «диссидентов» — не знаю, как еще их можно назвать — из СМИ, вузов и НКО. Все они — прогрессисты, которые боятся высказать свое мнение.
https://inosmi.ru/social/20201120/248581822.html
Tags: СМИ, США, левые, политкорректность, свобода слова, цензура
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments